Меню

Монастырский приют для собак

Священник Белёвской епархии: Убитые в Колюпаново собаки не имеют к монастырю никакого отношения

Трупы живших при монастыре собак нашли в Тульской области. Представители церкви уверяют — их пытаются опорочить.

В Тульской области волонтеры нашли несколько трупов собак. По их словам, это животные из приюта при Свято-Казанском женском монастыре в Колюпанове. По предварительным данным, псы были застрелены. Написано заявление в полицию, правоохранители инициировали проверку, а священнослужители уверяют, что их оговорили.

Волонтеры нашли пять тел собак

Тела собак были обнаружены 29 марта на строительной свалке деревни Пластово, что примерно в 23 километрах от монастыря. На следующий день, 30 марта, в Сети появились сообщения еще о двух трупах пропавших ранее собак. Тела этих животных нашли на повороте на деревню Мясоедово Алексинского района. Еще 22 собаки волонтеры нашли живыми.

Приют находился больше десяти лет, собак подбрасывали к стенам монастыря неизвестные. Животные находились под присмотром настоятельницы Ефросинии. За эти годы в нем оказалась порядка 60 собак и свыше 20 кошек. Но в последнее время настоятельница плохо себя чувствует и не может ухаживать за ними. Отец Андрей принял решение закрыть приют.

В ночь на 16 марта собаки пропали из приюта. Исчезновение животных объяснили тем, что всех их пристроили в добрые руки. Один из работников монастыря по этому поводу заметил: «Случилось чудо, и собаки улетели».

После этого волонтеры и зоозащитники начали поиски.

«Обнаруженные тела собак направлены на исследование. В МОМВД России Алексинский продолжается процессуальная проверка, в ходе которой устанавливаются все детали и обстоятельства случившегося», — сообщали в УМВД России по региону.

«Следственные органы разберутся»

Священник Белёвской епархии Геннадий Степанов в интервью изданию «360» отметил, что такими обвинениями кто-то пытается опорочить монастырь.

«Это факт недоказанный, неподтвержденный и никакого, возможно, отношения к монастырю не имеет», — сказал священник.

По его словам, возможно, кто-то имеет свои интересы, поэтому и предпринимает такие провокационные меры, чтобы опорочить монастырь. Он еще раз подчеркнул, что этот факт недоказанный и, возможно, никакого отношения к монастырю не имеет.

«Следственные органы разберутся», — сказал Степанов.

Он также добавил, что приюта при монастыре «нет, никогда не было и никогда и не будет, он не планировался никогда».

Говоря о том, откуда появились трупы собак, священник заметил, что это должны установить правоохранители.

«Мы не можем гадать. Это должны проводиться следственные эксперименты, выяснения, почему они там образовались, кто их туда привез, с какой целью их там бросили. Это, я еще раз говорю, к монастырю не имеет никакого отношения», — заключил священник.

«Мы люди, те, которые привлечены извне вот сейчас, уже когда собак выкинули оттуда. И не только выкинули — уже пять собак с пулевыми ранениями найдены за последние два дня. В общей сложности получается 27 собак найдены, это с пятью погибшими», — рассказала волонтёр Жанна Горская.

По ее словам, животных раскидали, вероятно, по окрестностям, в сторону Калуги, Тулы, по деревням.

Приют появился при монастыре сам собой, прихожане на протяжении долгого времени приносили к дверям щенков. Сейчас, по словам Жанны, там сетчатые вольеры и будки. Приют находится в стороне от входа в монастырь, поэтому прихожанам он не мешает.

По словам Жанны, матушка, которая занималась животными, уже в возрасте, и ее, по словам девушки, уже отстраняют от дел монастыря.

«Не до конца понятно, что там делает отец Андрей», — отметила Горская.

Как ей объяснили, священник окормляет монашек (причащает, наставляет, ведет службу в церкви). Но управлять монастырем он не имеет права, рассказала Жанна, потому что, как объяснили в епархии Белявской, настоятельницу Ефросинию, несмотря на возраст, от управления монастырем не освобождали. Как она была настоятельницей монастыря, так и есть.

«Другой вопрос, что по здоровью, да, ее ограждают там. К ней не пускали под видом карантина», — рассказала девушка.

Она также отметила, что сейчас церковь закрыта и будет закрыта и завтра, и послезавтра, но собаки вывезены. Часть псов уже возвращалась, часть волонтеры забрали, раньше уже была ситуация, когда некоторых собак и кошек попросту не отдавали волонтерам, рассказала Жанна. Это произошло из-за широкого общественного резонанса. Тогда представители монастыря сообщили, что сами пристроят животных в добрые руки, но куда и к кому попали собаки, неизвестно.

Источник

«Они были для меня утешением». Монахине, что создала приют, сказали убрать животных до 1 апреля

Четыре года назад на подворье монастыря нас так же встречала эта троица: монахиня Иоанна, пес Малыш и собака Лисичка. Малыша, до того как он попал под опеку Иоанны, пытались повесить. Лисичку нашли с ножевым ранением под ребрами. За время спокойной жизни рядом со своей покровительницей они успели забыть пережитый ужас и заново научились доверять людям. Но теперь их будущее снова под вопросом. По решению настоятеля монастыря приют для животных должен прекратить свое существование уже 1 апреля, а значит, есть вероятность, что 25 собак и 14 котов потеряют крышу над головой, если до этого момента не найдут новый дом.

Читайте также:  Охотничья порода собак за зайцами

На руках у Иоанны трусишка Белочка с ушами-локаторами.

Пока же они об этом не знают. Псы в ажиотаже встречают нас у вольеров, чуют: принесли колбасу. Те, что посмелее, ныряют мордой прямо в ведерко, те, что более робкие, переминаются с лапы на лапу, скулят, смотрят с обожанием.

Отдельные граждане создают смуту: например слепой пес Федя. Федя понимает, что раздел большой еды может произойти без него, хочет быть в центре тусовки, но не может. Поэтому путается у всех под ногами, для порядка порыкивая и беззлобно, но обиженно прихватывая собратьев за «штаны».

Молодая собака Боня посередине.

Таким, как бородатая, но тем не менее исключительно обаятельная девушка Боня, дом найти просто. Таким, как Федя, — практически нереально.

Слепой Федя справа.

Когда мы спрашиваем у Иоанны, позволят ли ей оставить хотя бы таких вот безнадежных инвалидов, стариков и «ветеранов» приюта вроде Малыша и Лисички, она вздыхает и пожимает плечами:

— Мне сказали всех раздать…

Новость о том, что нужно закрыть приют на подворье, для монахини стала ударом, хотя она в этом не признается. Но в ответ на вопрос, как будет жить без животных, которым в последние годы отдавала все свободное время и силы, плачет и просит:

— Пожалуйста, не надо об этом.

О причинах, почему животных сказали убрать, говорят разное. Кто-то предполагает, что все началось с волонтерских распрей: у людей, что помогали приюту, были разные взгляды на помощь животным. Некоторые работники анонимно рассказывают, что земли, на которых находятся вольеры для собак и кошачьи домики, давно присмотрели под нужды монастыря и хотят поставить на них хозяйственные постройки. Официальная же версия одна: людям, которые здесь живут, мешает собачий лай.

— Те, кто живет вокруг, начали жаловаться, — рассказывает Иоанна. — На тот момент здесь жило сорок собак, по ночам и правда бывало шумно. Особенно летом, когда у людей открыты окна… Братья (люди, которые нашли в монастыре приют; часто — страдающие от алкогольной зависимости, пациенты психоневрологического диспансера, бывшие заключенные. — Прим. редакции) были не против, пока животные им не мешали. А они мешают… Людям нужно рано вставать на молитву и работу. Я все понимаю.

Юная дамочка Мишель объясняет, почему колбасу нужно отдать именно ей. В центре молодой и очень интеллигентный пес Изюм, а рядом с ним крошка Кнорик. Кнорика недавно подбросили на подворье, и он очень переживает, потому что мельче всех и более рослые собратья наступают на него лапами. Слева энергичная Стрекоза, в центре — Чарли, джентльмен, а когда никто не видит — задира, а справа — трусиха Пюнеля, которой очень хочется, чтобы ее погладили, но страшно подойти.

Иоанна повторяет то, что ей сказали в монастыре:

— Здесь помогают людям. Это была моя личная инициатива — спасать животных, батюшка просто закрывал глаза на это, пока собак не стало так много. Все мое время занимает забота о животных, и я никакое послушание монастырское, к сожалению, не могу из-за этого нести. Не было благословения от монастыря, чтобы я о животных заботилась. В монастыре не ставится таких целей.

Монахиня объясняет, что «личная инициатива» возникла не сама по себе: таким количеством животных ее снабдили люди, которые постоянно подбрасывали котов и собак. Иногда привозили щенков и котят партиями, в коробках, по несколько раз в неделю.

Очень жизнерадостная и добрая собака Дюша, метис лайки.

— На самом деле это место не должно было стать приютом, — делится Иоанна. — Я всегда говорила, но, к сожалению, меня мало кто услышал: это не приют, а временное место для жизни обездоленных животных до пристройства. Я ни физически, ни морально никогда не справлюсь одна с таким количеством собак и котов. Даже в больницу не могу лечь, потому что боюсь их оставить — не на кого.

Я делала все, что от меня зависит. Все, что возможно. Может, не всегда правильно: я человек слабый.

У меня нет машины, чтобы быстро куда-то отвезти животное, нет, конечно, штатного ветврача, нет того дохода, что позволял бы все это поддерживать. Но люди везли и везли животных… Я сама подбирала только тех, кто умирал на моих глазах.

Ласка

Одна из таких собак — Ласка. В щенячестве ее вместе с братом и сестрой бросили в яму и забросали землей. Двое щенков умерли, а Ласка осталась жива — тихая, внимательная, очень культурная барышня. «Как будто через страдания и боль она такой стала», — отмечает Иоанна. Как и Герда, что опекает Ласку:

— Я каждую из них люблю, но Герда моя самая любимая собака, — признается Иоанна. — Защищает Ласку, как своего щенка. А сама такая покорная, смиренная, всем всегда уступает.

Читайте также:  После скольких вязок собака может забеременеть

Герда

Со стороны кажется, что Иоанна описывает себя. Покорно и смиренно принимала животных столько, сколько их привозили и подбрасывали. Покорно и смиренно соглашается с этими животными расстаться, как бы трудно для нее это ни было.

— Я физически даже, когда с животными нахожусь, оживаю. Они для меня — большое утешение. Когда вижу результат — как они встают на ноги, как на них заживают раны, как они начинают доверять — это такая радость. А если находят новый дом и хозяева присылают фото, видео — у меня просто ликование в душе.

Крис, который всегда улыбается, несмотря на очень непростое прошлое.

Конечно, первое время на новом месте они грустят и скучают. Но потом, если хозяева готовы отдавать свою любовь, свое время, свыкаются с новой жизнью. Там собака становится единственной любимицей в семье, а у меня, как бы я ни старалась каждой уделить внимание, она все же одна из двадцати пяти любимиц.

Иоанна уверена, что собаки (а уж коты — тем более) смогут расстаться с лесом, товарищами и принять очередной поворот своей судьбы так, как должно жителям монастырского подворья — со смирением. Главное, чтобы в новых домах их любили.

В кошачьих домиках есть питомцы самого разного возраста и темперамента. Но все приучены к лотку, стерилизованы и привиты. «Котики все ласковые, — говорит Иоанна. — Я приручаю их к рукам, общаюсь с ними. И тот, кто был диким, покалеченным, оттаял». С глазом у малыша все в порядке. Просто он все время ластится и жмурится от удовольствия, когда его берут на руки. Домовенок Кузя охраняет покой кошачьего домика.

— Очень важно, чтобы люди взглянули в их глаза, прониклись и не побоялись взять себе члена семьи, — говорит Иоанна. — Конечно, это большая ответственность, почти как ребенок. Но не надо бояться! Вы обретете друга и столько радости, столько поддержки в жизни, что это не сравнится ни с какими трудностями.

А это Графиня. Ну вы, наверное, и сами догадались.

Через две недели Иоанне придется попрощаться со своими друзьями, но пока они вместе гуляют по лесу. Впереди — неугомонная дурочка Стрекоза, которая в полном восторге носится по лужам. Рядом — любимица Герда, старается попадать шаг в шаг. Позади — ворчун Федя, иногда врезается головой в дерево, очумело ею трясет — и подставляет снова, пытаясь уткнуться в руку человека.

Чтобы услышать позицию администрации монастыря, мы обратились к монахине Марфе, которая выразила мнение настоятеля:

— Разговоры, что монастырь собирается что-то на этих землях строить, — домыслы, нам не нужна эта территория. Причина, по которой собак и котов нужно убрать, одна: густонаселенность этого места для животных и то, что рядом находятся братское общежитие и населенный пункт. Животные мешают людям, поступает много жалоб.

— За шесть лет существования приюта волонтеры существенно вложились в строительство вольеров, кошачьих домиков. Что с ними будет теперь?

— Мы ни на что не претендуем, постройки можно перенести в любое место.

— Можно ли найти такое место в пределах монастырских территорий, возможно, перенести постройки глубже в лес?

— Не думаю, что это возможно. Настоятель поставил перед матерью Иоанной задачу: до 1-го апреля раздать животных.

— Могут ли продлить сроки, если к 1-му числу животные не найдут дом?

— Пока речи об этом не идет.

— А что будет с животными, если их не удастся пристроить?

— Я ничего об этом не знаю.

Если вы хотите помочь животным, что живут на подворье, новым домом или передержкой, вы можете узнать подробности, позвонив по номеру: +37529 630 10 33 — Кира.

Дополнительную информацию о животных вы также можете найти тут, но и по этой ссылке неполный «ассортимент».

Сегодня собаки и коты здоровы. Они привиты. Все, кому позволяет возраст, стерилизованы.

Источник

Под Тулой разогнали собак и сожгли вольеры монастырского зооприюта

Тульские зоозащитники продолжают противостояние с отцом Андреем из Свято-Казанского монастыря в Колюпаново. Напомним, ранее мы писали, что из-за смены администрации монастыря, было принято решение о закрытии приюта на территории религиозного учреждения. Здесь находилось 70 собак и 25 кошек. Приют создала прежняя настоятельница, но из-за преклонного возраста, 83 лет, она уже не может продолжать работу.

Как сообщает на своей странице тулячка Жанна Горская, «некий отец Андрей вывез всех собак за пределы монастыря, раскидав их по округе в радиусе 30-40 км .Некоторые собаки вернулись в родные пенаты сами, остальных ищут волонтеры. Сейчас на территории монастыря порядка 10 собак-возвращенцев. В городских приютах Тулы мест нет, волонтеры до этой ситуации уже особачены выше крыши!! Собак надо забирать, но куда? Может у кого-то дрогнет сердце и он сможет подарить им дом, передержку, возьмет на полное кураторство или финансовое?»

Вольеры уже разобраны и сжигаются, а доступ зоозащитникам-волонтерам батюшка на территорию храма запретил.

Читайте также:  Новости собаку с моста

«Пока наши тульские занимаются поисками пропавших собак, на территории монастыря разбирают и сжигают вольеры. То есть просто стирают все с лица земли, типа ничего и не было. «, — пишет активистка Tasya Kulikova.

В группах зоозащитников высказываются призывы прорваться на территорию монастыря, чтобы кормить и ухаживать за животными.

Источник



Из монастырского приюта выгнали собак

Больше 40 собак исчезли из приюта для бездомных животных при Свято-Казанском женском монастыре в Колюпаново Тульской области.

Страшная история произошла на днях в приюте для животных. Приют существовал 15 лет при женском монастыре, и все это время в адрес приюта не поступало никаких нареканий со стороны церковного руководства, не было жалоб и от местных жителей.

Создала приют матушка Ефросиния, настоятельница женского монастыря.

Интересно, что в первой половине XIX века в монастыре жила тезка нынешней матушки, православная подвижница Евфросиния Колюпановская, канонизированная как местночтимая святая Тульской епархии в лике блаженных.

Подвижница была известна тем, что помогала не только людям, но и всякому зверью, попавшему в беду: лошадям, собакам, кошкам. Сейчас мощи блаженной Евфросинии являются главной святыней монастыря.

В начале XX века монастырь был разрушен, в 90-е годы его восстановили, в том числе силами нынешней настоятельницы матушки Ефросинии. Она продолжила дело своей предшественницы. Вначале послушницы приютили пару прибившихся к монастырю собак и кошек. Затем «добрые люди» начали подкидывать в монастырь «ненужных» животных.

Так под покровительством монашек оказались целых 65 собак и 25 кошек! Прихожане с радостью помогали приюту чем могли: был открыт отдельный сбор, неравнодушные люди строили будки, вольеры и домики для кошек.

Из самых активных прихожан образовался костяк так называемых волонтеров. Они помогали ухаживать за животными, привозили сухой корм, крупы и мясные продукты, которые жертвовали приюту добрые люди.

Пару лет назад у матушки возник конфликт с отцом Андреем. «Матушке уже за восемьдесят, она начала болеть, и отец Андрей, воспользовавшись этим, стал наводить здесь свои порядки», — рассказывает прихожанка Марина.

По ее словам, отец Андрей «выгнал певчих, которые много лет подвизались в монастыре, за то, что они посмели ему сказать, что хозяйка здесь игуменья Ефросиния».

Другим камнем преткновения стал приют, созданный по инициативе матушки.

«12 марта мы привезли куриные головы, но отец Андрей приказал не пускать нас на территорию монастыря, сославшись на то, что корм для животных имеется и монастырь в нашей помощи не нуждается», — продолжает прихожанка и одновременно волонтер приюта Анна Максимова.

По ее словам, в этот монастырь она пришла почти пять лет назад и с тех пор является постоянным помощником. Вернее, являлась. «Отец Андрей сказал: нам помощники не нужны», — жалуется Анна.

Прихожане и волонтеры, участвовавшие в судьбе приюта, обратились с жалобой в епархию.

«Владыка Серафим отказался с нами встречаться, сославшись на занятость, — говорит Анна. — С нами разговаривали два его секретаря. Они сказали, что не имеют к отцу Андрею никаких претензий, потому что церковь нужна для того, чтобы помогать людям, а не животным».

В середине марта матушку Ефросинию под предлогом коронавируса отправили в карантин. Как уверяют прихожане, ее просто заперли в келье. «Говорят, что матушка ничего не знает о том, что творится сейчас в монастыре. Ей про это просто не рассказывают, и никого к ней не пускают», — предполагает Анна.

После изоляции игуменьи «внезапно» загорелись собачьи будки и вольеры. В женском монастыре вдруг откуда ни возьмись оказались никому не известные мужики, которые начали вытаскивать собак из горящих будок и домиков, запихивать их в автозаки и увозить в неизвестном направлении.

В течение следующих нескольких дней в окрестных лесах и полях добровольцам удалось найти 21 собаку. Остальные 44 собаки пропали без вести. Волонтеры боятся, как бы животных не убили!

С пепелища волонтерам удалось забрать несколько уцелевших будок. Их развезли по частным домам, где на время согласились принять осиротевших животных.

«Люди возмущены: почему вольеры и будки не отдали, а решили сжечь? Ведь они, по сути, не являются собственностью монастыря, их покупали и строили не на монастырские деньги, а на те средства, которые целенаправленно жертвовали на животных», — считает Анна.

Сестры переживают за игуменью Ефросинию. По их словам, они не знают, выживет ли она после такого потрясения, когда выйдет из карантина и увидит сожженным и уничтоженным то, что с таким трудом создавалось много лет.

Волонтеры не намерены останавливаться. Они пишут письма руководству РПЦ, а также заявления в полицию. На территорию монастыря отец Андрей пускать их запретил.

Волонтеры сейчас надеются на руководство РПЦ. Ведь издеваться над животными — совсем не по-христиански, и если церковь считает своей главной целью — помощь людям, то почему так легко и просто растаптывает тех, кто годами ухаживал за животными приюта, отдавая этому силы, время и часть своей души?

Анна Александрова.

Источник