Меню

Как называется двухголовая собака

Собака с двумя головами: описание эксперимента, последствия, фото

Один из страшнейших экспериментов по трансплантации был осуществлен Владимиром Демиховым. В 1954 году публика познакомилась с его творением — двухголовой собакой. Голова и передние лапы маленькой собаки были пришиты к телу взрослой овчарки. Со стороны все выглядело ужасающе и неестественно. Было подмечено, что маленький пес не имел своего желудка, так как при попытке выпить молоко у него вытекали капельки из обрубленной части. Также собаки не могли ужиться вместе и пытались избавиться друг от друга.

Что подтолкнуло ученого пойти на такой эксперимент?

Эксперимент «Собака с двумя головами» — это трансплантология на практике. Термин вывел сам Демихов и пытался раскрыть его суть миру. Необходимость в этом нововведении была, так как человеческий организм склонен угасать, а некоторые органы делают это гораздо быстрее. Пересаживать человеку орган или часть тела, чтобы вернуть его в прежнее состояние, — отнюдь не лишняя процедура.

Слаборазвитая на тот период в советском пространстве медицина не могла дать такого термина, поэтому это сделал ученый. Состоятельность процедуры была почти доказана на тот момент в эксперименте Демихова «Собака с двумя головами».

Владимир Петрович Демихов

Будущий хирург является уроженцем России, хутора Кулики. Его мать, Домника Александровна, хоть и растила троих детей без отца, все равно пыталась сделать для них все возможное. Именно поэтому все трое имели высшее образование.

Изначально мужчина постигал азы профессии слесаря-ремонтника в ФЗУ. Позже Демихов обучался в МГУ на биологическом факультете. Его привлекала эта сторона жизни, поэтому свою деятельность он начал рано. Его интерес к науке завораживал, так как, будучи студентом, Демихов уже конструировал имплант сердца для собаки, которая, к сожалению, выдержала с ним только пару часов.

Вторая Отечественная война задержала его развитие в области науки.

После ее окончания Демихов начал работать в институте экспериментальной и клинической хирургии, где проводил не похожие на другие операции.

Через год после войны Владимир Петрович осуществил небывалое: он смог пересадить сердечно-легочный комплекс. Открытие стало сенсационным. Также он экспериментировал над заменой печени.

Когда пересаженное собаке донорское сердце начало работать, это перевернуло сознание тогдашних умов, потому что процедура доказывала возможность замены сердца человеку.

Позже он очень продуктивно работал в институте скорой помощи им. Склифосовского, где смог защитить кандидатскую и докторскую диссертации. Именно там прошел ряд опытов под названием «Собака с двумя головами», которые смогли дать почву для развития трансплантологии.

В 1998 году почетный ученый, удостоившийся многих премии, погиб. В честь него воздвигнут памятник в Москве в новом здании НИИ.

Суть эксперимента

Для проведения операции были выбраны бродячие собаки — одна маленькая, а другая большая. Последняя была главной, а мелкая собачка играла роль вторичной головы. Вся ее нижняя часть тела была удалена, остались лишь лапы, шея и сама голова. На шее крупного пса был сделан разрез, куда впоследствии пришили другую голову. Позвонки собак скреплялись специальными струнами, чтобы они двигались как единый организм.

Самые результативные операции длились не больше 3,5 часов. Всего процедур начитывалось около 24. Финал для всех организмов был неутешительный — собака с двумя головами погибала. Самый длительный период жизни псов составляет 29 дней, и для Демихова это был значительный прорыв.

На фото собака с двумя головами выглядит перспективно, но чересчур пугающе. Данный опыт покажется многим людям жестоким, но такова нелегкая судьба развивающейся медицины. Причем существовали и другие случаи пересадки и трансплантации, которые пугали еще больше, но ничего существенного не принесли. Демихов же предоставил ряд полезных для человечества результатов, которыми пользуются и сегодня.

Собака с двумя головами: мифология

В мифологии Древней греции существует рассказ о неком чудовище Орфе. Оно было порождено Тифоном и Ехидной, по одним источникам, в других же говорится о том, что его мать — Химера.

Орф выглядит как ужасное порождение с двумя собачьими головами и змеей вместо хвоста. Он наглядно описывается в 10 подвиге Геракла. Собака с двумя головами выступала в роли защитника чудесных «красных быков».

Создание, судя по описаниям и утверждениям, вероятнее всего, существовало еще до эллинистического периода и имело важное значение для людей.

Итоги эксперимента

Данные опыты подхлестнули последующее развитие трансплантологии и медицины в целом. Небывалое событие помогло разработать специальную систему по замене органов, в частности, сердца.

Сегодня благодаря исследованиям Владимира Демихова многие врачи достигают новых высот. Нейрохирург Серхио Канаверо, изучая данные, говорит о том, что в скором времени процедура пересадки головного мозга станет обычным явлением. Рассчитывается, что все будет происходить в Китае. Такое открытие поможет спасти жизни многим людям.

Некоторая часть врачей относится скептически не только к возможным новинкам в медицине, но и к деятельности Демихова.

Если посмотреть на все объективно, то невероятный вклад в отечественную и мировую науку со стороны Владимира Петровича игнорировать невозможно.

Были ли аналоги в истории этого эксперимента?

Пересадка головы — операция, которая уже проводилась до Демихова. В 1908 году французским хирургом Алексисом Каррелем совместно с физиологом из Америки Чарльзом Гатри была осуществлена попытка аналогичной операции. Собака с двумя голова — результат, который казался им достигаемым. Этого, к сожалению, не произошло. Создание подавало признаки жизни, но в скором времени подверглось усыплению, так как деградировало.

Также метод использовался для проведения процедуры с обезьянами. Задумка появилась в 1970 г. у ученого Роберта Уайта. Когда одного животного лишили головы, ученые обеспечивали постоянный приток крови к мозгу, чтобы тот не погиб. В итоге операция прошла успешно, но обезьяны смогли прожить всего несколько дней.

В 2000 годах японцы попытались сделать свой вклад в трансплантологию. Процедура проводилась на крысах. О результатах мало что известно, но сообщается, что спинной мозг удачно соединили за счет пониженных температур.

Источник

Гений из подвала

Владимир Демихов – крестный отец трансплантологии

Судьба основоположника мировой трансплантологии Владимира Демихова — это история страсти. Страсти к науке, которую он пронес с юности через всю жизнь. А в трудные минуты, когда зависть и злоба коллег отравляли жизнь, когда чиновники не признавали достижений хирурга-экспериментатора, страсть помогла ему не потерять веру в себя.

Первое в мире искусственное сердце

Интерес к внутреннему устройству живого организма в будущем трансплантологе проснулся еще в детстве. Однажды он был наказан матерью за то, что хотел разрезать грудную клетку собаки, чтобы узнать, как устроено сердце. В 1934‑м Владимир Демихов поступил в МГУ на физиологическое отделение биологического факультета и уже там начал проводить первые эксперименты. В 1937‑м студент-третьекурсник создал первое в мире искусственное сердце и вживил его собаке. После операции животное прожило 2 часа. По окончании МГУ Демихов полностью отдался исследовательской работе. Тогда вышли в свет и его первые научные статьи. Но война поставила крест на планах молодого ученого. Впоследствии, вернувшись с фронта, Демихов с горечью скажет, что она отняла у него слишком много времени.

Госпремия опоздала на 36 лет

После войны, горя желанием наверстать упущенное, Демихов устроился в Институт экспериментальной и клинической хирургии. Материально-техническая база института оставляла желать лучшего, но, несмотря на трудности, молодой ученый смог провести ряд уникальных операций на собаках. В 1946‑м он впервые в мире осуществил гетеротопическую трансплантацию (в правую часть грудной клетки собаки пересадил донорское сердце, параллельно ее собственному сердцу, находящемуся в левой части) и первую в мире пересадку комплекса сердце-легкое. Спустя год пересадил легкое уже без сердца, а в 1948‑м — печень. Последнюю методику очень быстро взяли на вооружение в США. В 1950‑м Демихов стал лауреатом премии им. Бурденко Академии медицинских наук. На следующий год хирург впервые выполнил замену сердца на донорское без использования аппарата искусственного кровообращения. Впоследствии эта операция, проводящаяся двухступенчатым образом, стала осуществляться и на человеческом сердце. В 1952 году Демихов разработал метод коронарного шунтирования, за который, лишь спустя 36 лет, в 1988‑м, вместе с группой коллег удостоился Государственной премии.

Двухголовая собака — это не фильм ужасов

В 1954 году произошло событие, достойное пера фантаста. Из-за нереальности случившегося многие медики напрочь отказывались поверить в такое «чудо». Хирургу-экспериментатору Демихову удалось пересадить голову с передними конечностями от щенка на шею взрослой собаки. Обе головы дышали, лакали молоко из мисок и даже играли. Всего Демихов осуществил 20 подобных операций. Правда, двухголовые собаки из-за отторжения пересаженных органов жили недолго, максимум месяц. Ведь в то время об иммунологической совместимости тканей было известно очень мало. Первые иммуносупрессанты (препараты для искусственного подавления иммунитета) появились лишь спустя 20 лет. В 1956‑м об опытах с двухголовыми собаками узнали на Западе. На международной выставке СССР в США показали документальный фильм «О пересадке головы собаки в эксперименте», и на советского ученого обрушилась мировая слава. Его буквально завалили приглашениями на симпозиумы в Америке и Европе.

Разглашение секретных сведений

Однако выехать за границу Демихову удалось только однажды. Предполагалось, что симпозиум по трансплантологии в Мюнхене в 1958 году советский хирург посетит лишь в качестве наблюдателя. А он на свой страх и риск выступил там с докладом, который имел оглушительный успех. Ответ последовал незамедлительно. После обвинений в разглашении секретных сведений Демихов моментально стал невыездным.

Спустя два года вынужденного затворничества он издал монографию «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте», ставшую на тот момент единственным в мире руководством по трансплантологии и переизданную в Мадриде, Берлине и Нью-Йорке. Тогда же Демихов перешел на работу в Институт скорой помощи им. Склифосовского, где для него открыли так называемую лабораторию. Это было сырое холодное подвальное помещение на 15 квадратных метров во флигеле института. Из аппаратуры — старый наполовину неисправный кардиограф, созданный своими руками аппарат искусственного дыхания да пылесос вместо компрессора. Эксперимент­альные собаки, за неимением отдельного помещения, ели, пили, принимали лекарства и справляли нужду тут же, в «операционной». Там же Демихов и выхаживал своих «подопечных». Оперировали животных при освещении одной обычной лампой. Кто бы мог подумать, что в таких условиях проводятся эксперименты, потрясавшие воображение ученых всего мира!

Владимир Демихов был почетным доктором Лейпцигского университета, Королевского научного общества в Уппсале (Швеция), медицинской клиники братьев Мейо (США). В 1996 году после удачной операции на сердце президент России Ельцин наградил Демихова орденом «За заслуги перед Отечеством III степени».

Великие ученики младшего научного сотрудника

Демихов с удовольствием делился опытом с известными хирургами, приезжавшими к нему из Европы, США, ЮАР и Австралии. Дважды, в 1960 и 1963 годах, в его лаборатории стажировался Кристиан Барнард, кардиохирург из Кейптауна (ЮАР). Четырьмя годами позже он, совершив первую в мире операцию по пересадке человеческого сердца, сразу же позвонит Владимиру Петровичу, поблагодарит за бесценный опыт и попросит разрешения называть его своим учителем.

Читайте также:  Породы маленьких собак домоседов

Парадоксально, но, будучи основателем трансплантологии и имея мировую славу, на родине Демихов долго оставался младшим научным сотрудником без степеней и званий, с нищенской зарплатой. В 1963 году он наконец стал доктором, но не медицинских, а биологических наук. Однако какой ценой! Защита проходила в биологическом совете МГУ, в набитом до отказа зале, при скандальных попытках противников Демихова сорвать заседание и двукратном голосовании. Научную степень ему все-таки присудили. Но, не имея медицинского образования, он так и оставался до конца жизни хирургом, лишенным права оперировать людей. Об этом сожалел один из стажеров Демихова, преклонявшийся перед его талантом, американский кардиохирург Майкл Дебейки. Тот самый, что вместе с российским кардиохирургом Ренатом Акчуриным в 1996 году сделал операцию аортокоронарного шунтирования Борису Ельцину.

Постоянные нападки и гонения, неред­ко переходившие в откровенную травлю, в конце концов подорвали здоровье ученого. В 1968 году он перенес инсульт, после которого начал терять память. Однажды его, заблудившегося в Москве, нашли лишь чудом и перестали выпускать на улицу. Последние годы жизни он провел с женой в крохотной квартирке, в совершенно нищенских условиях. Умер Владимир Петрович Демихов в ноябре 1998 года, в возрасте 82 лет, и был похоронен на Ваганьковском кладбище.

Источник

Франкенштейны профессора Демихова. Особые эксперименты «отца» советской трансплантологии

Фото © ТАСС / С. Преображенский

» src=»https://static.life.ru/tmp/0900-1579874442380.jpg» loading=»lazy» style=»width:100%;height:100%;object-fit:cover»/>

Опыты талантливого учёного Владимира Демихова действительно могли шокировать: он пришивал собакам вторые головы — иногда с лапами, менял им сердца и лёгкие, а однажды сшил двух собак — переднюю и заднюю части. И все эти химеры жили: смотрели, лаяли, бегали, лакали воду, умирали из-за отторжения тканей.

Иностранные хирурги называли его гением, а коллеги вертели пальцем у виска, но Демихов точно знал, чего хочет: он мечтал разработать методику пересадки органов, а особенно — сердца. Об этом в первой половине XX века врачи даже не мечтали.

Будущий экспериментатор родился в 1916 году на Дону. Он отличался от других детей – в детстве пытался вскрыть живую дворняжку (говорят, его оттащили), внимательно наблюдал, как работают ботаники на мичуринской станции — прививают культурный черенок на корни морозостойкого дичка.

В те годы казалось, что победа науки над смертью не за горами. Первые эксперименты по пересадке органов начались еще в 1902 году — в Вене Эмерих Ульман пересадил козе на сосуды шеи почку, и животное прожило три недели.

После фабрично-заводского училища Демихов поступил на биофак Воронежского университета, затем перевёлся в МГУ. Там он познакомился с медиком Сергеем Брюхоненко, который на животных отрабатывал методы реанимации.

Фото © ТАСС / Петр Носов

В 1938 году сумел в течение трёх часов поддерживать жизнь отрезанной собачьей голове. Голова реагировала на звук, на свет и даже ела кусочки сыра!

Брюханенко помог Демихову создать первое первое в мире искусственное сердце из мембранных насосов. Это сердце Демихов вживил собаке, которая прожила с ним два часа.

После окончания университета учёный был призван в армию, прошел Финскую и Великую Отечественную войны. Служил в госпиталях патологоанатомом — помогало то, что с детства не различал запахи. На фронте он однажды поспорил с военврачом Борисом Петровским, указав на его ошибки, которые приводили к смерти раненых. Тот затаил на биолога нешуточную злобу.

После Победы Демихов начал работать в Пушно-меховом институте в Балашихе, а затем — в Институте экспериментальной и клинической хирургии. Его лаборатория располагалась в деревянном бараке, но учёного это не смущало — на быт он внимания не обращал.

СССР изобретает, а США — внедряют

Через полгода он совершил прорыв: первый в мире пересадил собаке второе сердце в грудную полость. До этого сердце пересаживали на шею, на бок, в пах, но орган не приживался – для нормальной работы ему нужен был перепад давления в кругах кровообращения. Демихов подключил его к сосудам у сердца, и собака была жива два часа. Затем он подсадил другому псу сердце и часть лёгкого.

Результаты операций были разными: 43 собаки умерли во время операции, 87 жили двое суток, 120 — от трёх до пяти суток, 85 — от пяти до 12 суток, 25 — более двух недель. Максимальный срок жизни составлял 32 дня.

Демихов подготовил грудную полость собаки для пересадки второго сердца. Фото © ТАСС / Носов Петр

На конференции по хирургии в 1947 году он показал врачам фильм с демонстрацией операции по трансплантации сердца и приобрёл известность.

С 1948 года экспериментатор начал пересаживать собакам печень. Об этом стало известно в США, где подобные операции быстро отработали и ввели в медицинскую практику.

Ещё через два года учёный получил премию Бурденко и «отметил» это по-своему: разработал три методики пересадки сердца и метод трансплантации сердца и лёгких. Через два года он приступил к разработке способов коронарного шунтирования: вшивал сосуд в коронарную артерию минуя место повреждения. Работать приходилось быстро — аппарата для поддержки кровообращения не было, остановить сердце можно было только на две минуты. Из 15 животных после трансплантации выжили четыре — три прожили больше двух лет, а одна собака — три года.

В 1951 году в Рязани на сессии Академии медицинских наук СССР Демихов продемонстрировал свои достижения: вживил вторые сердце и лёгкие собаке Дамке. Собака прожила неделю, встречая учёных в вестибюле, но неожиданно умерла от «пореза гортани».

От трансплантации органов — к созданию химер

Демихов не унывал. Только за девять месяцев 1954–1955 годов он провёл около 30 операций: четыре раза пересаживал сердце, пять — сердце и лёгкие у собак и у кролика, пересаживал доли лёгких. Вживлял собакам органы щенков: почки, надпочечники, отрезки позвоночника со спинным мозгом, части аорты, печень, ЖКТ и даже весь «комплекс» органов брюшной полости. И наконец дошёл до пересадки головы щенка на сосуды почки собаки и нижней половины туловища щенка на шею собаки. А однажды он пришил к собаке всего щенка, удалив у него часть органов.

Он разработал метод трансплантации головы щенка с передними лапами на сосуды шеи собаки и получил поразительные результаты — химера с двумя головами жила несколько дней, дышала, лакала молоко из миски, а голова щенка пыталась укусить голову собаки за уши. Всего Демихов прооперировал 20 двухголовых химер, но добиться того, чтобы собаки жили долго, не смог.

Владимир Петрович Демихов около собаки с подсаженной головой. Фото © П. Хоренко и Юзефа Мосенжника

Долгое время он считал, что во всём виноваты воспалительные процессы, но в конце концов понял, что причина в иммунологической несовместимости тканей.

От известности до травли

После того как в 1956 году фильм о двухголовой собаке был продемонстрирован в США, Демихов стал знаменит. Но выпустили его за границу на симпозиум лишь один раз — в 1958 году, взяв слово, что выступать он не будет.

Накануне поездки в ФРГ друг Демихова инженер Василий Гудов изобрёл сосудосшивающий аппарат. Демихов взял аппарат с собой , в Мюнхене выступил с докладом и провёл мастер-класс: операцию по вживлению сердца собаке и две пересадки голов щенков на шеи взрослых собак.

Западные учёные были в восторге, а Демихова увезли в аэропорт люди в штатском. Дома его обвиняли в «выдаче секретов» капиталистам и в том, что хотел остаться на Западе. Так Демихов стал невыездным.

Из-за гонений ему пришлось съехать из Института клинической медицины в институт Склифосовского. Ему выделили лабораторию трансплантологии — подвал в 15 кв. метров. Под ногами хлюпала вода, а из оборудования были два стола из досок, старый кимограф и самодельные аппараты для вентиляции лёгких, работавшие от пылесоса. Собаки жили здесь же, иногда Демихов уносил их к себе домой — в коммуналку, и там выхаживал.

Делать так он начал после того, как пьяный плотник избил мировую знаменитость — пса Гришку, которому пересадили второе сердце и который после этого прожил почти пять месяцев. Работяга пытался найти в подвале спирт, а собака напала на него. Из-за травм пса пришлось усыпить.

Тем не менее на операции к Демихову напрашивались десятки человек, в том числе приезжали врачи из-за рубежа.

Хирург Владимир Петрович Демихов (слева) в операционной по пересадке жизненно важных органов. Фото © ТАСС / Петр Носов

Демихов стал разрабатывать способы консервации донорских органов для пересадки. Он помещал их в сосуды-термостаты и подсоединял к кровеносной системе животных. Одна собака спасала до четырёх сердечно-лёгочных «комплексов», и они работали в течение недели. Учёный проводил эксперименты по замене крови животным человеческой трупной кровью, а потом подсоединял к ним человеческое сердце и оживлял его на 2,5—6 часов.

Вместе с учеником Михаилом Разгуловым Демихов придумал метод консервации органов внутри животных. Биологи помещали человеческие сердца в герметичные полиэтиленовые пакеты и вшивали в брюшную полость свиней, подключая к кровеносной системе. Одно животное могло сохранять 3–4 донорских сердца до семи суток!

Но популярность Демихова в СССР уже шла на спад. Когда в 1965 году он рассказал медикам об идее создания «банка органов», его подняли на смех. Немало сил в травлю вложил военврач Борис Петровский: в 1963 году он стал директором Института клинической хирургии и Всесоюзного центра хирургии АМН. По сути, он был соперником Демихова — в 1964 году провёл первую в СССР замену митрального клапана, а год спустя пересадил почку.

Читайте также:  Энцефалопатия головного мозга у собак симптомы

В 1968 году Демихова затравили так, что у него случился инсульт.

А за рубежом Демихов получил широкое признание, он стал почётным доктором медицины Лейпцигского и Ганноверского университетов, почётным членом Королевского научного общества в Швеции и клиники Майо (США).

Фото © ТАСC / Валерий Христофоров

В 1966 году его опыты с двухголовой собакой решился повторить кардиохирург из Южно-Африканской Республики Кристиан Бернард. Он уже приезжал в СССР, бывал в подвале Демихова, пробовал оперировать сам. Когда он предъявил западной общественности свою химеру, пресса негодовала, но уже через год он первый сумел пересадить сердце смертельно больному 55-летнему мужчине. Главное, что позволило это сделать — изменение юридических норм. Отныне на Западе смерть мозга приравнивалась к смерти человека. Донором стала 25-летняя Дениз Дарваль, которая погибла в ДТП. Операция шла 9 часов, а после неё Бернард позвонил Демихову и сообщил об успехе, попросив разрешения называть его своим учителем.

За последующие полгода новые сердца обрели около ста человек.

Лаборатория трансплантологии, которой руководил Демихов, вела исследования до 1986 года.

Изыскания Демихова оценили только после развала СССР — в 1996 году он получил орден «За заслуги перед Отчеством». Кстати, операция шунтирования, которую провели первому президенту России Борису Ельцину, была сделана по методике Демихова.

Как относиться к нему сейчас — как к безумцу, который не жалел животных, или как к гению, который шёл вперёд, невзирая на преграды, каждый решает сам. С одной стороны — тем же шунтированием каждый год в России спасают сотни тысяч жизней. С другой — богачи покупают себе жизнь, извлекая из молодых тел новые органы, словно запчасти.

Источник



Как называется двухголовая собака

История и сама личность Демихова невероятны. У него не было учёной степени — и при этом он возглавлял лабораторию и ездил в заграничные командировки, публиковал монографии и получал разрешение на эксперименты, которые любой здравомыслящий человек счёл бы бредом сумасшедшего. У нашего современника работы Демихова в первую очередь ассоциируются с двухголовыми собаками, которые ходят, едят, лают и скулят, — с этими франкенштейновскими монстрами, работа над которыми опередила своё время более чем на полвека, потому что никто до сих пор не умеет пересаживать головы (хотя эксперименты на животных, конечно, велись и позднее). Зато мы умеем пересаживать сердца, лёгкие и печень, и вот тут Демихова в полной мере можно назвать отцом-основателем современной трансплантологии. В его лабораторию для обмена опытом и повышения квалификации приезжал сам великий Барнард — за семь лет до легендарной пересадки сердца, сделанной им в 1967 году.

Но давайте обо всём по порядку.

Брюхоненко и искусственное кровообращение

Демихов родился незадолго до революции, летом 1916 года, в станице Ярыженская — это неподалёку от нынешнего Волгограда. В те времена территория между реками Хопёр и Днепр не делилась на губернии и уезды, как вся остальная страна, она называлась областью Войска Донского и управлялась по особому положению; станица Ярыженская была центром Ярыженского юрта Хопёрского округа. Во многих источниках указано, что Демихов родился на хуторе Куликовском того же округа, но это неверно — там его крестили, из-за чего и возникла путаница. Отец Володи погиб на Гражданской войне, мальчик закончил семилетку и уехал в Сталинград, где поступил в фабрично-заводское училище при тракторном заводе. Работал он слесарем, вступил в комсомол, был на хорошем счету и в 1933 году получил возможность поступить в Воронежский государственный университет на биофак.

И вот тут свою роль сыграл случай. На биофаке не было собственной лабораторной базы, и потому большинство исследований велось на лечебном факультете Воронежского государственного медицинского института. Тремя годами ранее институт ещё был факультетом ВГУ, и потому преподавательские составы и рабочие процессы в обоих вузах сильно пересекались. Так что медицины в практике кафедры было не меньше, чем биологии в классическом понимании. Изучая строение тел животных, студенты всё больше узнавали о человеке.

Руководил кафедрой физиологии животных профессор Пётр Михайлович Никифоровский, ученик самого Павлова. И в 1937 году группа студентов, в числе которых был и Демихов, разработала опытный прибор, состоящий из двух смежных мембранных насосов — первое в мире искусственное сердце. Сперва это не казалось прорывом — просто занимательный практический опыт, сделанный во время обучения. Но последствия у того опыта были большие.

Тем временем в Москве происходили значимые события: в 1926 году два видных молодых физиолога — Сергей Брюхоненко и Сергей Чечулин — впервые в мире испытали прибор искусственного кровообращения, названный ими аутожектором. Знаменитый опыт провели 1 ноября: собаку подключили к аутожектору, а затем остановили ей сердце. Животное прожило ещё два часа.

Это был гигантский прорыв: возможность временно останавливать сердце, обеспечивая циркуляцию крови с помощью внешнего прибора, позволяла делать операции невероятной сложности. Брюхоненко получил советские и международные патенты на своё изобретение и опубликовал множество работ в области искусственного кровообращения, но для операций на людях аутожектор так ни разу и не использовался — все опыты проводились исключительно на собаках.

На самом деле попытки создать прибор для искусственного кровообращения предпринимались и раньше — первое такое устройство сконструировал австро-немецкий физиолог Максимилиан фон Фрей в 1885 году. Но в течение последующих 30 лет все разработки в области операций на сердце были бесполезны, потому что, помимо собственно циркуляции крови, требовалось обеспечить её несвёртываемость. А это научились делать лишь после выделения в 1916 году американским медиком Джеем Маклином специального препарата — гепарина.

Устройство Брюхоненко легло в основу последующих, в том числе и зарубежных, аппаратов искусственного кровообращения. 5 апреля 1951 года американский кардиохирург Кларенс Деннис провёл первую в историю операцию на остановленном сердце — человеческом, а не собачьем. Она прошла неудачно: аппарат дал сбой через 40 минут после начала операции, и пациент скончался. Ещё годом позже, 3 июля 1952-го, другой американский врач, Форест Дьюи Додрилл, провёл первую в истории успешную операцию с использованием искусственного кровообращения. Пациентом стал 41-летний Генри Опитек, операция длилась 50 минут, а аппарат Dodrill — GMR был разработан самим Додриллом при поддержке компании General Motors. Опитек, скончавшийся через 30 лет, стал первым в истории пациентом, выжившим после операции на открытом сердце.

Но всё это уже продолжение той истории, которую я начал было рассказывать и к которой сейчас вернусь.

Из Воронежа в Москву

В 1937 году по запросу Никифоровского на кафедру доставили аутожектор Брюхоненко. По сути, именно его стоило бы назвать первым механическим сердцем, если б не его размеры. Работая с аутожектором, группа Демихова и пришла к решению сконструировать компактный насос-сердце, который можно было бы имплантировать в грудную клетку пациента. В марте 1938 года устройство испытали на собаке: ей остановили сердце, а через 12 минут включили имплантированный прибор; ещё через 16 минут собака начала снова подавать признаки жизни. Идея работала.

Демихов прочёл доклад о разработке, а через пару недель в Воронеж приехал сам Брюхоненко — посмотреть на своих молодых последователей. Уже в апреле Брюхоненко включил разработку воронежских студентов в собственный доклад в Москве.

Уровень сложности эксперимента для середины 1930-х годов был невероятным. Эфирный наркоз и искусственное дыхание, дозировка противосвёртывающего препарата, подключение сосудов к рукотворному прибору — всё это кардиохирургия уровня гения, такое никакому студенту не под силу. И ведь собака прожила с искусственным сердцем
больше двух часов!

В общем, приехав в Воронеж, ознакомившись с работой Демихова и с самим юным дарованием, Сергей Брюхоненко понял, что терять такого человека нельзя. Той же весной Владимир Демихов и Лев Ратгаузер, его друг и соавтор по разработке сердца-насоса, были переведены с четвёртого курса ВГУ на пятый курс МГУ! Причём сперва на их заявления пришёл отказ — на кафедре физиологии не осталось мест, конкурс был сумасшедшим. Но Брюхоненко замолвил слово за новых студентов, и места для обоих нашлись.

Они вовремя уехали из Воронежа. В конце года их руководитель, светило мировой науки, 59-летний профессор Никифоровский был арестован за измену родине и отправлен на понижение в Ставрополь. И это он ещё легко отделался — как минимум двух доцентов его кафедры расстреляли.

Демихов же осенью 1938 года начал учиться в МГУ, а в 1940-м на «отлично» защитил дипломную работу на тему «О приспособляемости сердца теплокровных». Если изучать опыты и разработки Демихова этого периода, можно обнаружить, например, интересный эксперимент: сердце трёхмесячного котёнка пересадили в паховую область взрослого кота, подсоединив его к кровеносной системе. Сердце заработало. Такие операции проводились и до 1940 года, но всё равно это был уровень «бог». После операции, к слову, произошло короткое замыкание, загорелось электропокрывало, кот очнулся и сбежал!

Войну Демихов прошёл в роли патологоанатома — занимался секционным изучением погибших и анализом травм. После войны работал в Московском пушно-меховом институте в качестве ассистента-биолога.

Серьёзный толчок новым экспериментам Демихова дали работы другого сильного хирурга — Николая Синицына, который ещё до войны подсаживал лягушкам в грудную клетку дополнительное сердце. Причём это было не просто включение сердца в кровеносную сис тему, оно выполняло свою непосредственную функцию — насосную! Опираясь на пуб ликации Синицына, Демихов задался целью полноценно пересадить сердце теплокровному существу. Такого в мире ещё не делал никто.

Первую операцию — подсадку второго сердца дворняге по кличке Разбойник — Демихов провёл 2 февраля 1946 года. В своих работах он использовал трансплантационные методы великого французского хирурга Алексиса Карреля, который в 1912 году получил за них Нобелевскую премию. По сути, Брюхоненко, Синицын и Каррель сформировали принципы и подход Демихова к работе. Эксперименты он проводил не в институте, а непосредственно в собачьем питомнике, откуда брал «пациентов».

Первым псом, прожившим с дополнительным сердцем хоть какое-то время — два часа, стал Лысый, получивший вдобавок к кровяному насосу ещё и часть лёгкого от собаки-донора. Это была уже девятая операция. Но два часа всё равно представлялись исследователю неудачным результатом. Он хотел, чтобы пёс жил недели, месяцы и годы.

Читайте также:  Диабет у собак лечение препараты

Семнадцатая собака, прооперированная 25 октября 1946 года, прожила пять дней. Потом были ещё и ещё эксперименты — и все животные рано или поздно погибали, в основном от пневмоторакса (скопления воздуха в плевральной полости). Результатом этих опытов стал доклад «Гомопластическая замена сердца и лёгких в эксперименте на собаках», прочитанный Демиховым на заседании Московского физиологического общества. В результате его заметил Сергей Юдин, светило советской медицинской науки, и в 1947-м Демихов поступил младшим научным сотрудником в Институт экспериментальной и клинической хирургии.

Тут-то и начинается легенда.

Сердца и лёгкие

Замечу, что Демихов ещё раз чудом избежал репрессий. Юдина, как ранее Никифоровского, в 1948 году арестовали за шпионаж и измену Родине. Несколько лет он провёл сперва в тюрьме, затем в ссылке. Под каток репрессий попали и некоторые ученики и протеже Юдина, но Демихову с его безупречной партийной позицией, публичной поддержкой лысенковщины и пр. ничего не грозило.

По сути, с 1947 года Владимир Демихов получал зарплату в НИИКиЭХ, но работал сам по себе — всё в том же питомнике в Новогиреево. В этот период, с 1947 по 1952 год, он провёл все свои самые знаменитые операции, свои «первые». Не только подсадку второго сердца собаке, но и пересадку комплекса «сердце — лёгкие», и пересадку отдельного лёгкого, и пересадку печени, и ортопедическую пересадку сердца без аппарата искусственного кровообращения, и маммарно-коронарное шунтирование.

Коллеги косо поглядывали на Демихова. У него не было медицинского и тем более хирургического образования, его практический опыт ограничивался работой военного патологоанатома. Он не признавал никого руководства, не слушал начальство и был болезненно фанатичен.

Нередко Демихов забывал о гигиене, переставал наблюдать за изменениями в объекте эксперимента сразу после операции, постоянно приглашал на операции сторонних людей, в частности журналистов. Присутствовавшие на экспериментах профессионалы приходили в ужас — но отдавали должное смелости мышления Демихова. Он отвергал идею несовместимости тканей (как мы знаем сейчас, в этом хирург ошибался) и списывал некрозы и смерти подопытных на некачественные швы и другие операционные дефекты.

Он десятками чертил всевозможные схемы артерий, новых швов, хитроумных обходов сложных мест и т. д. Все типы операций Демихов проверял в экспериментах на собаках.

Самым значительным прорывом тех лет стала операция по маммарно-коронарному шунтированию; она по сей день носит второе название — «операция Демихова — Колесова». Эта операция проводится для лечения ишемической болезни сердца, когда сердечная мышца по каким-либо причинам перестаёт получать артериальную кровь, что приводит к серьёзному поражению миокарда. Во время операции между грудной артерией и коронарной артерией, снабжающей кровью миокард, создаётся искусственное соединение (анастомоз), которое позволяет обойти сужение артерии и восстановить кровоснабжение.

А в 1954–955 годах Демихов провёл ряд своих наиболее известных и наиболее странных экспериментов. Он пересаживал собакам головы.

Всему голова

24 февраля 1954 года Владимир Демихов пересадил голову (точнее — верхнюю часть туловища) щенка на спину собаки-реципиента, соединив их кровеносные сосуды — вены и артерии. Это была уже вторая такая операция, но первая прошла неудачно. В данном же случае обе собаки выжили, если можно назвать получившееся чудовище «обеими
Собаками». Через три часа после операции пересаженная голова начала моргать, лизать и кусать руку экспериментатора и различные предметы, пить воду — в общем, вести себя по-собачьи. Это было абсолютно дико: Демихов и его команда ни на шаг не отходили от «полуторного пса».

Одна из двухголовых собак Демихова Фото: Bundesarchiv

На следующий день был приглашён кинооператор, а ещё через день хирург провёл пуб личную демонстрацию «чудовища Франкенштейна» на заседании Хирургического общества Москвы и Московской области.

Результат произвёл эффект разорвавшейся бомбы — Демихов пересадил голову. Вдумайтесь: голову! С мозгом! И она работала. Правда, недолго — 29 февраля собаки скончались.

Демихов продолжил эксперименты. В 1954 году он пересаживал практически каждый день — головы, почки, сердца и, самое главное, комплексы органов, потому что такой подход он считал наиболее эффективным. Комплексы были невероятно сложные: например, в ходе одной из пересадок удалось перенести печень, желудочно-кишечный тракт, обе почки с мочеточниками и мочевым пузырем, надпочечники, часть аорты, полой вены и отрезок позвоночника со спинным мозгом щенка на сосуды почки собаки. В рекордные дни Демихов делал до трёх совершенно разных операций!

Основной проблемой было отторжение. Все собаки рано или поздно погибали: в зоне скрепления органов образовывались очаги гиперемии, отёки и тромбы. Демихов не принимал то, что сегодня называется клеточно-гуморальным отторжением, и по-прежнему списывал всё на несовершенство методов. «Рекордная» собака прожила 29 дней. Впрочем, несколько собак остались живы, потому что пересаженные органы с них
удалили до начала сепсиса.

Ещё одним направлением исследований было перекрёстное кровообращение: щенку удаляли сердце и сшивали его с взрослой собакой, чьё сердце обеспечивало кровообращение обоих животных. Однажды Демихов сшил химеру —
заднюю часть одного щенка пришил к передней части другого, и это существо прожило пять часов. А в конце года он начал пересаживать отдельные сердца —уже не подсаживая их к существующему организму, а делая полноценную замену одного живого сердца другим. Таким образом, Демихова можно считать предшественником Кристиана Барнарда. Собаки с чужими сердцами жили всего по нескольку часов, но напомню, что Луис Вашкански, первый пациент Барнарда, после операции прожил всего 18 дней. Все первые блины получаются комом, но без них не обойтись. И вообще, из более чем сотни первых пациентов, которым пересаживали сердца в 1967–1968 годах, всего лишь треть прожила после операции больше трёх месяцев. Так что результаты Демихова были нормальными.

А 17 января 1955 года статью об экспериментах по пересадке собачьих голов, причём с иллюстрациями, опуб ликовал журнал Time. Хирург об этом не знал: материал был переводным, заимствованным из «Огонька». В считаные дни Демихов стал мировой знаменитостью.

Но он был слишком одиозен, слишком безумен, слишком строптив. Его доклады на съездах хирургов и статьи казались коллегам слишком странными, как и опыты. В том же 1955 году Демихова уволили из НИИ, и он перешёл в 1-й Московский медицинский институт, ректором в котором работал его добрый знакомый Владимир Кованов. Лабораторию Демихова по иронии судьбы разместили в бывшей церкви Димитрия Прилуцкого на Девичьем поле (ныне Большая Пироговская улица, дом 6, — на храме есть мемориальная табличка). Демихов продолжал пересаживать органы и разрабатывать различные схемы пересадок.

В 1959 году он был командирован в Восточный Берлин для обмена опытом, позже ездил и в ФРГ — в Мюнхен на XVIII Конгресс Международного общества хирургов. В Мюнхене его, рядового члена делегации, чуть ли не носили на руках, называли профессором, хотя как раз Демихов единственный из всех профессором не был! В том же году издательство «Знание» выпустило его первую книгу —«Пересадка органов:
это возможно?», в которой приводил множество примеров из проведённых им на животных операций и анализировал, насколько такой опыт применим к человеку. Годом позже вышел фундаментальный труд Демихова —монография «Пересадка жизненно-важных органов в эксперименте» с подробным описанием множества операций. Каждая глава книги была посвящена какому-либо органу или комплексу.

Удивительным кажется предисловие к этой книге. Там чёрным по белому написано, что издательство не разделяет взглядов автора на преодоление биологической несовместимости и ряд других вопросов, но всё-таки выпускает книгу, так как это будет способствовать дискуссии относительно важнейших медицинских вопросов. Для СССР такой случай — уникальный.

Запоздалое признание

Ни разу в своей жизни Владимир Демихов не оперировал людей. Только собак и иногда других животных, в частности обезьян. Абсолютное большинство пациентов не прожило и дня. Почти все коллеги открещивались от его опытов и экспериментов, считая их одиозными и безумными. С Ковановым он поссорился и в 1960-м вместе с лабораторией
перешёл в «Склиф»; диссертацию защитил очень поздно, в 1963 году, причём сразу и кандидатскую, и докторскую. У него не было даже медицинского образования. Но при этом его статьи и книги переводились на иностранные языки и легли в основу множества трансплантационных методов, использующихся и по сей день. Демихов стал почётным
профессором ряда иностранных университетов и научных обществ, авторитетом для многих поколений трансплантологов.

Важно понимать, что в СССР было множество других биологов и медиков, занимавшихся пересадкой органов, —не менее даровитых, порой более сильных и, главное, более уживчивых, чем Демихов. Например, мировым светилом в области трансплантации конечностей и почек был Анастасий Лапчинский, который разработал методику заморозки почек для хранения до пересадки. И все первые успешные пересадки конечностей проводились в мире по методике Лапчинского. Имелись у нас и другие звёзды —вообще в области трансплантологии СССР был на острие научного прогресса.

Все первые в мире пересадки органов людям провёл не Демихов. Более того, некоторые хирурги привнесли в трансплантологию больше него (хотя замечу, что его книга 1960 года, по сути, стала первым в мире учебником трансплантологии). В чём же заслуга Демихова?

Те опыты, которые он провёл на собаках и на основе которых разработал свои методы, не повторил бы никто другой. Никогда. Для этого нужно было быть безумцем и гением одновременно, своего рода доктором Менгеле животного мира. Без опытов Демихова многие жизненно важные операции, включая барнардовскую пересадку сердца,
прошли бы намного позже.

Более того, Демихов опередил своё время. Лишь сейчас, в первой трети XXI века, итальянский хирург Серджо Канаверо работает над пересадкой человеческой головы. В то время как я пишу эти строки, Канаверо тренируется на трупах в Китае; дата первой операции на живом человеке пока неизвестна. Я не сомневаюсь, что первые пациенты, которым пересадят головы, не проживут и нескольких дней — так было всегда, в том числе и с сердцем. Но медицина требует жертв, тут ничего не поделаешь.

И Демихов пошёл наиболее этичным путём. Всё равно все собаки попадают в рай.

Источник